alexa_bell (alexa_bell) wrote,
alexa_bell
alexa_bell

Categories:

Александр Новосёлов: Убийство в Загородной роще


Вот такой небольшой сборник произведений сибирского (омского) писателя Александра Ефремовича Новосёлова (1884-1918) стоит на одной из книжных полок моей библиотеки. Когда и при каких обстоятельствах я приобрёл его, сейчас даже не припомню, очень давно это было. Книга была издана Алтайским книжным издательством в 1957 году в Барнауле. Если я не ошибаюсь, это было первое советское издание его произведений. По-моему, после 1919 года, после "белых" или "колчаковских" публикаций, и длилась пауза до 1957 года. Поэтому нет ничего удивительного, когда где-то в конце 80-х или начале 90-х, зайдя в Литературный музей имени Достоевского (Омск), я остановился перед стендом Александра Ефремовича. Читаю и оказывается, 23 сентября 1918 года Новосёлов был застрелен колчаковцами. Нет, я понимаю, что литературоведы не историки, что с них возьмёшь, но написать такую галиматью? И ни слова о его должности на момент убийства.
Я оставил бы это на совести автора стенда и никогда, наверное, не вспомнил о нём, если бы не одна омская журналистка, буквально на днях не напомнила мне опять о вине уже самого Адмирала, разместив в ЖЖ "анти-колчаковский" пост и заявив, что "учёный, писатель, исследователь, член Российского Географического общества Новосёлов был расстрелян по приказу кровавого Колчака". На мой недоумённый вопрос по поводу источника последнего, поведала, что, во-первых, историю она знает получше "некоторых" (как я понял, "некоторый" - это я), во-вторых, сведения она почерпнула из поминальной службы в одном из храмов Омска и от каких-то анонимных "краеведов", а, в-третьих, нецензурно попыталась отправить меня по тому направлению, которое обычно пишут на заборах, и навечно "забанила" меня после моей просьбы назвать дату убийства Новосёлова и дату приезда Колчака в Омск. Я привёл, кажется, исчерпывающе, всю аргументацию выпускницы заочного филфака, в послужном списке которой чуть ли не высшим достижением является работа в газете "Омский бекон". Ну, Бог с ней, пусть и дальше пишет свои нетленные опусы. Но вернёмся к Александру Ефремовичу Новосёлову, к тому выбору, что он сделал сам и который привёл его 23 сентября 1918 года в Загородную рощу Омска (ныне это территория сада имени Кизюрина и Омского дендропарка).


На фото Новосёлов Александр Ефремович
Я думаю, что нет большого смысла пересказывать биографию писателя. До 1917 года чего-либо необычного в ней нет. Учился, работал учителем и воспитателем, последние десять лет в Омском пансионе Сибирского казачьего войска. Писал, и как писатель, и как этнограф. Действительно состоял членом Географического общества, только не Российского, а Императорского Русского (Западно-Сибирский отдел). Много путешествовал по Алтаю и Казахской степи. Первый крутой поворот он сделал в самые первые дни после Февраля 1917-го. Вступил в считающуюся тогда самой революционной партию эсеров (социалистов-революционеров). В марте был избран в Омский коалиционный комитет, почти сразу же ещё товарищем, то есть заместителем, председателя Войсковой управы (Сибирское казачье войско) и, самое, главное, назначен Комиссаром Временного правительства по Акмолинской области с выполнением обязанностей Комиссара всего Степного края. Вот здесь то он, похоже, не столько приобрёл друзей, сколько нажил врагов.
В октябре (ст.ст.) не стало Временного правительства и Александр Ефремович лишился своей высокой должности. Но он не ушёл из политики. В декабре 1917 года Новосёлов избирается членом Временного Сибирского областного совета, не признавшего власть большевиков над Сибирью, и в январе 1918 года принимает должность Министра внутренних дел Временного правительства Автономной Сибири, возглавляемого эсером П.Я.Дербером (известного по прозвищу "маленький Петя"). Скрываясь от победивших большевиков, члены этого Правительства разбегаются кто куда. Его ядро во главе с "маленьким Петей" останавливается только на Дальнем Востоке, а министр внутренних дел А.Е.Новосёлов обнаруживается в Киеве, где он пытается установить связи с Украинской Радой. Но грянул анти-советский переворот в Сибири, и в Омске начало действовать Временное Сибирское Правительство во главе с Вологодским. Вот тут эсеры и решили взять это правительство под свой контроль. Каким образом? Самым простым. Министры Временного правительства Автономной Сибири должны приехать в Омск и занять свои должности, сместив, по их мнению, самозванцев из правительства Вологодского. С этой целью 18 сентября 1918 года и вернулся в Омск министр внутренних дел Новосёлов. И не только он. Приехал сюда из Томска с целью наведения порядка в правительстве председатель Сибирской областной думы эсер И.А.Якушев, исполняющий обязанности министра внутренних дел Сибирского правительства эсер В.М. Крутовский, министр туземных дел эсер М.Б.Шатилов.
Но запланированный эсерами "тихий правительственный переворот" не состоялся. 21 сентября 1918 года по приказу начальника Омского гарнизона Волкова они все были арестованы. Все четверо. В тот же день Председатель СибОблДумы Якушев написал заявление о безотлагательном желании покинуть Омск и больше в него не возвращаться, Крутовский и Шатилов заявили о своей отставке "ввиду преклонного возраста и болезненного состояния здоровья", а также о непреодолимом желании тоже покинуть Омск. Упёрся один Новосёлов, он категорически отказался написать заявление о своей отставке с должности Министра внутренних дел. Что было дальше? Есть в архиве следственное дело и есть показания очевидца происшедшего.


Загородная роща на плане Омска
Чепанов Герасим Яковлевич, возраст 40 лет, уроженец Пензенской губернии, житель Омска. На следствии показал следующее: "23 сентября я принимал дрова от заведующего пасекой, затем подошёл и сел около дровосеков, работавших в роще. Было начало двенадцатого часа. Находились мы саженях в 40 (т.е. 80 метров) от дороги, ведущей из города на пасеку. Вскоре я заметил, что от города по дороге шло два человека. Сзади саженях в 2-3 шёл человек в казачьей форме, по-видимому, догонявший их, шедший крупными шагами. Первые двое шли спокойно, молча, смотря в землю. Один из этих был в шинели с двумя рядами пуговиц, в фуражке защитного цвета. Второй, шедший с правого бока, был в штатском. Я принял их сначала за милиционеров и было направился к ним, как вдруг увидел , что один из шедших впереди двух, тот, который был в шинели, вдруг остановился, сделал как бы шаг назад и выстрелил в продолжавшего идти второго. Этот так и сел, сразу опустился на землю. Стрелявший пошевелил его на груди, затем взял за руку и потащил в находившийся около дороги, саженях в двух, лог. Второй, в казачьей форме, во время выстрела был саженях в двух от них. Он подошёл к упавшему и был около, когда тот, что был в шинели, тащил упавшего. Он скинул его в лог. Туда же соскочил и он, и второй, в казачьей форме. После того в логу раздалось ещё два выстрела.
Лог идёт вдоль дороги, и в том месте, где был произведён выстрел, он ближе всего подходит к дороге. Лог глубиной сажени в две. Я был безоружен, боялся кинуться туда и побежал к городу, пригласил с поста милиционера. Затем явились ещё два милиционера, подошли рабочие, и мы подошли к логу. В логу лежал убитый. Шедших с ним не было, они, очевидно, убежали логом. Вообще же пешеходов тут проходит много. От города до места, где это произошло, версты две; до пасеки остаётся ещё с версту. Убегая к городу, я оглядывался, смотрел, куда выйдут стрелявший и его спутник, но не видел, чтоб они поднялись из лога.
Прочитано. Г.Я.Чепанов. Председатель комиссии П.Гудков".


Александра Новосёлова похоронили на Казачьем кладбище Омска. Было много народа. Следствие установило, что убийцами являлись казачьи офицеры Семченко и Мефодьев. Выяснилось, что формально Новосёлов был арестован 21 сентября по обвинению в "бездействии власти в бытность Акмолинским областным комиссаром". 23 сентября было получено распоряжение прокурора о заключении Новосёлова в тюрьму. Доставить арестованного в тюрьму обязаны были офицеры для поручений при прокуроре: подполковник Александр Семченко и хорунжий Владимир Мефодьев. В 5 часу вечера Семченко и Мефодьев представили начальнику гарнизона рапорт, в котором сообщали, что Новосёлов был застрелен ими при попытке к бегству. После проведения следствия прокурорский надзор принял решение арестовать Семченко и Мефодьева, но они к тому времени уже скрылись. Были объявлены в розыск, но в условиях гражданской войны их так и не нашли. Допрошенный Чрезвычайной комиссией генерал Иванов-Ринов дал показания: "Новосёлов убит, по-видимому, по собственному почину которого-либо из сопровождавших его офицеров, решившего уничтожить его как вредного в казачьем кругу. Новосёлов действительно внёс разлад в казачество".
А причём здесь Колчак, спросите Вы? И я спрошу вместе с Вами: какое отношение имеет к убийству, совершённому 23 сентября 1918 года Александр Васильевич? Можно ли ответить на этот вопрос? Да. Достаточно снять с полки, например, книгу Павла Зырянова "Адмирал Колчак. Верховный Правитель России" (серия ЖЗЛ, Москва, 2006). На её последних страницах есть раздел "Основные даты жизни и деятельности Александра Васильевича Колчака". Приведу небольшую выдержку:
10 или 11 мая - 30 июня Харбин, Главный инспектор охранной стражи КВЖД.
Начало июля - 16 сентября - в эмиграции в Японии.
19 или 20 сентября - прибытие из Японии во Владивосток.
13 октября - приезд в Омск.

5-18 ноября военный и морской министр Временного Всероссийского правительства в Омске.
18 ноября - Верховный Правитель России, Омск.
Комментарии нужны? Или неучи и невежды по-прежнему будут надрываться и бесноваться с криками: "Колчак виноват! Он приказал расстрелять Новосёлова"? Для этого всего-то надо, так получается, иметь в кармане диплом об окончании заочного отделения филологического факультета.


Tags: Загородная роща в Омске, Новосёлов Александр Ефремович, адмирал Колчак
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 1 comment