alexa_bell (alexa_bell) wrote,
alexa_bell
alexa_bell

Category:

Про политотдел Мещеряковского совхоза


На моей памяти это был уже жилой дом, большой, сложенный из почерневших от времени сосновых брёвен. Он стоял на центральной улице посёлка, глядя окнами в переулок, соединявший улицу с машинно-тракторной мастерской, кратко именуемой МТМ. Несмотря на то, что теперь дом использовался только для проживания людей, его неизменно называли не иначе, как политотдел. И только много позже я узнал, что в этом доме в прежние годы размещалось учреждение, именуемое политотделом совхоза и канувшее в небытиё за несколько лет до моего рождения. Не знаю, как сейчас, но в мою бытность сначала учеником школы, а потом студентом университета о временах индустриализации и коллективизации говорили и писали только бравурным языком победных реляций. А на самом деле было плохо, очень плохо. Почти повсеместно по деревням свирепствовал голод, а сельское хозяйство со всеми колхозами и совхозами погружалось в кризис.
В деревне сложилась чрезвычайная, взрывоопасная обстановка, последствия которой могли быть катастрофическими и для страны, и для правящей элиты. И, надо полагать, высшее руководство партии и государства осознавало это, хотя и тщательно скрывало подлинную ситуацию, в частности, многократно публично отрицало наличие массового голода в деревне, жертвами которого становились тысячи и тысяч крестьян. Публично о предполагаемых мерах было объявлено на январском (1933 г.) Пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б). «Основным звеном» в цепи антикризисных мероприятий становились чрезвычайные органы в сельском хозяйстве. В речи «О работе в деревне» на этом Пленуме Сталин, перечислив пять главных причин недостатков работы в деревне, заявил, что вновь образуемые «политотделы МТС и совхозов являются одним из тех решающих средств, при помощи которых можно будет устранить эти недостатки в самый короткий срок». На это участники Пленума ответили «бурными, долго не смолкающими аплодисментами». Ещё не смолкло эхо этих бурных аплодисментов, как Оргбюро ЦК ВКП(б) приступило к тщательному отбору кандидатов на должности начальников политотделов.
Шаумян Вагинак Арутюнович – я, наверное, не ошибусь, если скажу, что этот человек сыграл самую значительную роль в становлении нашего совхоза. В то же время, несмотря на такие заслуги, он до сих пор остаётся совершенно неизвестным лицом для подавляющего большинства жителей бывшего совхоза № 422 и их потомков. Нет, фамилию Шаумян знают очень многие, а те, кто учился в советское время, обязательно вспомнят о 26-ти бакинских комиссарах. Но тот бакинский Шаумян погиб ещё в гражданскую войну. Здесь речь идёт о совершенно другом Шаумяне.


Впервые о нём я узнал из книги Леонида Ивановича Иванова «Корпус директорский», где уважаемый очеркист и бывший заместитель директора нашего совхоза явно противопоставляет руководителя-самоучку, управляющего фермой Павла Ерёмина и начальника политотдела совхоза Шаумяна. Если о первом он говорит с нескрываемым восторгом, то в отношении второго не жалеет тёмных красок. По крайней мере, такое я лично вынес впечатление, прочитав книгу.
И каково же было моё изумление, когда однажды мой отец – Андрей Григорьевич Беляев, рассказывая, как он впервые в 1935 году распахивал на тракторе всем известное «80-е поле», вдруг упомянул Шаумяна. Я начал распрашивать отца. И получил прямо противоположные оценки и Шаумяну, и Ерёмину. Со слов отца я понял, что Шаумян был тот человек, тот стержень, который держал собой совхоз. Внешне, со слов отца, Шаумян был очень небольшого роста, худой, чрезвычайно подвижный, требовательный, никогда не расстававшийся с наганом.
Сегодня я хочу рассказать о Шаумяне на основании тех сведений, которые имеются в моём личном архиве, значительная часть которых была получена мною от Павла Павловича Фёдорова – внука нашего Шаумяна.
В семье Атутюна Шаумяна, армянина, по профессии колесника, было девять сыновей. Один из них был Вагинак, родившийся там же в Армении в 1899 году. Учился Вагинак в духовной академии в Эчмиадзине, но которую, кажется, так и не закончил. Несмотря на духовное образование, был убеждённым и воинствующим атеистом. Трудовую деятельность начал в 1917 году молотобойцем, что удивительно при его телосложении. Активный участник гражданской войны в Армении. В 1920 году за участие в майском восстании приговорен националистами-дашнаками к расстрелу. После установления советской власти служил в ЧОНе. Для тех, кто не знает: ЧОН – части особого назначения, войсковые формирования при органах ВЧК, в задачу которых входило вооружённое подавление банд и антисоветских восстаний. За разоружение банды Вагинака Шаумяна наградили именным наганом. Пошел один, безоружный, уговорил сдаться.
В 1923 году Вагинака Шаумяна направили на учебу в Москву в Сельскохозяйственную академию им. Тимирязева. Окончил он академию в 1929 году и был оставлен для продолжения учёбы в аспирантуре академии. Находясь в аспирантуре, был включён в состав делегации, посетившей Германию для ознакомления с современными методами молочного животноводства. Со слов родственников, немецкий язык знал в совершенстве: в подлиннике читал, в частности, Гегеля и Сенкевича. Тот, кто изучал философию, знает, что такое читать Гегеля. К 1933 году Вагинак Арутюнович Шаумян уже занимал должность доцента Сельскохозяйственной Академии имени Тимирязева. И его из Москвы по партийной мобилизации с должности доцента ЦК партии направляет в Сибирь в никому неведомые Мещеряки начальником политотдела совхоза № 422. Вместе с мужем в Мещеряки приехала и Клавдия Петровна Шаумян, в девичестве Денисова. За плечами у неё был Московский институт крупного мясо-молочного скотоводства той же Тимирязевской академии и звание зоотехника высшей квалификации по крупному мясо-молочному скотоводству. Клавдия Петровна назначается на должность главного зоотехника Мещеряковского совхоза.
Но это ещё не всё. Вагинак Арутюнович привозит с собой в Сибирь Аркадия Михайловича Жолниренко, работавшего в Московской области управляющим фермой в совхозе ОГПУ «Коммунарка». В Сибири его назначают старшим зоотехником Мещеряковского совхоза. Это тот самый Жолниренко, который в 1966 году будет удостоен звания Героя Социалистического Труда.
Шаумян В.А. возглавлял политотдел совхоза почти до конца 1935 года. В связи с изменением полномочий политотделов и их переподчинением местным партийным органам он был освобождён от должности и вернулся в Москву. Но работники Мещеряковского совхоза ещё долго считали его своим лидером и слали ему коллективные письма-отчёты, начинавшиеся словами "Дорогой и любимый наш товарищ Шаумян". Делились своими достижениями и бедами, перед ним брали новые обязательства. Такой авторитет, я думаю, одним наганом не заработаешь. Именно после Шаумяна осталась в Мещеряках центральная улица из добротных домов, в одном из которых и размещался политотдел. Улица там, где два года назад были два дома и один барак. А ещё клуб и киноустановка, которой не было ни в одном из соседних совхозов. Путёвки для отдыха в Пятигорске для рабочих и орден Ленина у доярки Прасковьи Комлевой. И даже свой пионерский лагерь.
Всего же штат политотдела при его полной укомплектованности предусматривал шесть единиц: начальник политотдела, два заместителя (по партийно-массовой работе и по ОГПУ), помощники по комсомольской работе и по работе среди женщин, редактор многотиражной газеты. При этом как в прессе, так и в официальных документах партии умалчивалось о принадлежности второго зама к ведомству ОГПУ. Обычно речь шла о двух заместителях «по общепартийной работе».
27 марта 1933 года заместитель председателя ОГПУ СССР Генрих Ягода подписал приказ № 00125 о введении в штаты территориальных ПП ОГПУ должности заместителей начальников политотделов МТС и совхозов по работе ОГПУ. Согласно этому приказу заместители начальников политотделов, сокращённо ЗНПО, одновременно являлись штатными сотрудниками Полномочных представительств ОГПУ СССР. Дополнительным циркуляром под грифом "Совершенно секретно" руководство ОГПУ разъяснило своим сотрудникам, что они подчиняются начальникам политотделов и выполняют их задания только в пределах политической и хозяйственной деятельности в совхозах, что же касается их основной, то есть агентурно-оперативной работы, то здесь они обязаны соблюдать полную самостоятельность. В 1934 году в связи с образованием общесоюзного Наркомата Внутренних Дел, ОГПУ СССР было преобразовано в Главное Управление Государственной Безопасности НКВД СССР, сокращённо ГУГБ НКВД СССР.
После введения 22 сентября 1935 года в Рабоче-Крестьянской Красной Армии персональных воинских званий встал вопрос о замене существующей в НКВД СССР с февраля 1934 года системы служебно-должностных категорий аналогичными специальными званиями. Первоначальным проектом предусматривалось принятие системы званий, полностью идентичной званиям армейского командного состава с добавлением слов «государственной безопасности» (от отделенного командира ГБ до командарма ГБ 1-го ранга). Однако командирские звания не отражали функций начсостава органов госбезопасности и этот проект принят не был. Постановлением ЦИК и СНК СССР №20/2256 от 7 октября 1935 года «О специальных званиях для начальствующего состава ГУГБ НКВД СССР» (объявлено приказом НКВД №319 от 10 октября 1935 года) были введены следующие категории и специальные звания начсостава. Для так называемого среднего начсостава устанавливались звания: младший лейтенант ГБ, сержант ГБ и кандидат на специальное звание. Звания от сержанта до майора ГБ, несмотря на созвучие со званиями комсостава РККА, фактически были на две ступени выше: так, сержанту ГБ соответствовало звание лейтенанта РККА.
Именно это звание сержант государственной безопасности приказом НКВД СССР № 110 от 27.02.1936 года было присвоено заместителю начальника политотдела (ЗНПО) Мещеряковского совхоза Омской области Деменеву Александру Петровичу. К сожалению, никаких дополнительных сведений, а также его фотографии в моём распоряжении пока нет. Известно только, что через полгода, а именно 27.09.1936 года он был уволен в запас. Но это было связано с новой реорганизацией политотделов и упразднением данной должности с 01.10.1936 года. Сами же политотделы совхозов продолжали свою работу до марта 1940 года. Вторично они были воссозданы уже во время Великой Отечественной войны.
P.S. На снимке в начале поста самый первый начальник политотдела Мещеряковского совхоза Вагинак Арутюнович Шаумян. Именно в бытность в данной должности и именно в Мещеряках в 1933-1935 г.г. Эту фотографию я получил от его внука Павла Павловича Фёдорова.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 1 comment