alexa_bell (alexa_bell) wrote,
alexa_bell
alexa_bell

Categories:

Тайна миссии Петра Могилы


Всё-таки зря я не изменил название статьи. В конечном итоге получается, что вариант названия с бомбой и патриархом как нельзя лучше соответствовал бы содержанию статьи. Особенно на фоне этого ордена. Это орден святителя Петра Могилы.

Начало статьи можно прочесть здесь:
"Тайна миссии Петра Могилы"
https://alexa-bell.livejournal.com/150707.html
https://alexa-bell.livejournal.com/150959.html
https://alexa-bell.livejournal.com/151207.html
https://alexa-bell.livejournal.com/151394.html
https://alexa-bell.livejournal.com/151721.html

27 февраля 2010 года на официальном сайте Московского Патриархата было размещено сообщение о том, что накануне, то есть 26 февраля 2010 года на заседании Священного Синода Украинской Православной Церкви было заслушано сообщение Блаженнейшего митрополита Киевского и всея Украины Владимира об учреждении ордена Украинской Православной Церкви cвятителя Петра Могилы. Синод благословил учреждение этой награды и утвердил представленный эскиз ордена.

Далее в сообщении Московского Патриархата утверждалось, что "святитель Петр (Могила) (1596-1647) — выдающийся церковный, политический и культурный деятель, был неутомимым борцом за Православие в сложной исторической обстановке на Украине и в Белоруссии в первой половине XVII века. В 1627 году стал архимандритом Киево-Печерского монастыря. C 1632 года — митрополит Киевский. В том же году добился у польского короля признания независимого от униатов существования Православной Церкви с центром в Киеве и возвращения ей ряда храмов и монастырей. Принял активное участие в основании Киево-Могилянской академии, самого крупного центра просвещения на Украине XVII века. Святитель Петр участвовал в составлении полемических трактатов в защиту Православия, был автором проповедей, агиографом, большое внимание уделял развитию книжного дела. Издавал много исправленных богослужебных книг, собственные сочинения и церковные труды, переведенные им лично. По инициативе митрополита Петра были раскопаны и очищены от развалин остатки Десятинной церкви в Киеве, восстановлены после запустения и униатского владения древние храмы и обители, в том числе Софийский кафедральный собор, церковь Спаса на Берестове, Выдубецкий и другие монастыри".
http://www.patriarchia.ru/db/text/1102495.html

Можно ли оспорить вышеприведённую, скажем так, служебную характеристику митрополита Киевского, Галицкого и всея Руси Петра Могилы? Наверное, можно, но надо ли? Таким видит его Русская Православная Церковь со своей стороны, с позиций своих интересов. Именно интересы, как известно, правят этим миром и нет в нём иной движущей силы, кроме интересов отдельных лиц, семей, кланов, организаций и государств. Так как я не связан в своих интересах с церковью и не обязан следовать её оценкам, то просто взгляну собственными глазами на личность и деятельность Петра Могилы сквозь призму собственных знаний тогдашней истории.

История, по сути своей есть, есть предмет настолько сложный и многогранный, не укладывающийся в прокрустово ложе элементарной науки, что, например, не спроста известный советский историк и философ Арсений Гулыга свою книгу, посвящённую проблемам истории, назвал "Искусство истории". И это можно понять. Во-первых, не все события и факты истории нам известны. Во-вторых, о событиях и фактах, которые по каким-то причинам не устраивают историографа или противоречат его концепции, его религиозным или идеологическим взглядам, можно просто умолчать. И, в-третьих, если о таких событиях и фактах нельзя умолчать, их можно просто интерпретировать по своему.

Одним из таких фактов являются события 1610 года, когда всем собором земли Русской в цари был избран польский королевич Владислав. Многими историками это событие рассматривается походя, мимоходом, как не имевшее влияния на русскую историю. Другие же вообще забывают упомянуть о нём, а потому в перечне русских царей зачастую вслед за Василием Шуйским сразу же следует Михаил Фёдорович Романов. Однако в действительности дело обстояло иначе и далеко не так просто. К сожалению, не все даже историки читают многотомные описания в деталях тех или иных событий.

Вот был у нас такой историк Сергей Фёдорович Платонов. Его зачастую называют историком одной темы - Смуты. И действительно, из более чем ста его работ половина, по крайней мере, посвящена именно русской истории рубежа XVI-XVII веков. Самая известная из них "Очерки по истории Смуты в Московском государстве XVI-XVII вв.". Если верить этой работе, то одним из активнейших сторонников избрания на русский царский престол польского королевича Владислава в 1610 году был не кто иной, как "тушинский патриарх" Филарет, в миру Фёдор Ники́тич Рома́нов или, правильнее, Романов-Юрьев, отец будущего царя Михаила Фёдоровича Романова.

И именно он был одним из руководителей многочисленной московской делегации, отправившейся к Смоленску с грамотами, подтверждающими, во-первых, избрание королевича Владислава в русские цари, и, во-вторых, принесение присяги или крестного целования от населения России на верность новоизбранному царю. И всем известная так называемая Семибоярщина, правившая на Руси чуть ли не три года, была правительством московского царя Владислава. Для тех, кто не знает, дополнительно скажу, что в Москве на протяжении двух лет чеканились монеты с изображением Владислава. Официальное вступление на московский престол, одним из обязательных элементов которого была коронация, не состоялось только потому, что затянулись переговоры о том, какого вероисповедания обязан будет придерживаться новоизбранный царь: католического или православного.

Пока время протекало в спорах между польским королём Сигизмундом и Филаретом, в Москве случилось то, что случилось. В 1613 году правительство Владислава в лице Семибоярщины было низложено и новым московским царём был избран 16-летний Михаил Романов. После того, что произошло в Москве, поляки удержали у себя Филарета, а Владислав имел официальный титул:
на латыни: Vladislaus Quartus Dei gratia rex Poloniae, magnus dux Lithuaniae, Russiae, Prussiae, Masoviae, Samogitiae, Livoniaeque, necnon Suecorum, Gothorum Vandalorumque haereditarius rex, electus magnus dux Moschoviae
по-русски: Владислав IV, милостью Божьей король польский, великий князь литовский, русский, прусский, мазовецкий, самогитский, ливонский, а также наследный король шведов, готов, вендов, избранный великий князь московский .

Во время торжественных приёмов Владислав надевал специально изготовленную московскую корону. И этот титул, и эта корона признавались за Владиславом всей Европой, включая Папу Римского и Патриарха Константинопольского. Интересная ситуация, не правда ли? Два "Великих князя Московских" - один в Польше, другой в России. И тот, который в Польше имеет все юридические права, подтверждённые документами, на московский престол. А потому дальше события разворачиваются именно в этом направлении, о чём большинство наших историков если и упоминает, то очень глухо, именуя происходящее просто русско-польскими войнами.

Однако, как известно, войны тоже ведутся не просто так, со скуки или с перепугу, а всегда в чьих-то интересах. Как пишет известный российско-украинский историк XIX века Николай Костомаров:"Сигизмунд сожалел об утраченном московском государстве. Сын его Владислав, придя в совершенный возраст, также пленялся мыслью быть московским царём и затевал попытаться возвратить себе утраченный престол... В 1616 году королевич Владислав издал окружную грамоту ко всем жителям московского государства: напоминал, как его выбрали на московский престол всею землёю;... объявлял, что пришедши в совершенный возраст, идёт сам добывать московское государство, данное ему от Бога, и убеждал всех московских людей бить ему челом и покориться, как законному московскому государю; обещал, наконец, поступить с Михаилом, Филаретовым сыном, сообразно своему царскому милосердию, по прошению всей земли".

Варшавский сейм ещё в июле 1616 года определил отправить против Москвы королевича Владислава. Владислав подписал с панами Радой соглашение: 1) соединить неразрывным союзом (униею) Московское государство с Польшей; 2) установить между ними свободную торговлю; 3) возвратить Польше и Литве земли, ранее отобранные Москвой; 4) отказаться от прав на Ливонию и Эстонию. Но военные действия начались только в 1617 году, когда сам Владислав остановился в Смоленске, а его войска заняли Вязьму и Дорогобуж.

Владислав, идя в августе 1618 года к Москве, своею грамотой объявлял, что никогда не будет ни разорять православных церквей, ни раздавать вотчин и поместий польским людям, что поляки не станут делать никаких насилий и стеснений русскому народу. 9 сентября 1618 года был собран в Москве земский собор, объявивший, что все чины Московского государства будут стоять за православную веру и своего государя, сидеть с ним в осаде "безо всякого сумнения, не щадя своих голов будут биться против недруга его, королевича Владислава, и идущих с ним польских и литовских людей и черкас".

В ночь на 1 октября 1618 года войска Владислава предприняли штурм Москвы, дойдя до Арбатских, Никитских и Тверских ворот. После неудачного штурма активные военные действия прекратились и начались переговоры, закончившиеся подписанием Деулинского мира, получившего название по месту проведения в деревне Деулине. Одним из самых сложных вопросов, обсуждавшихся на переговорах, оказался титул государя. В экземпляре проекта договора, написанном по-русски было сказано:"Которого у себя теперь (русские) великим государём московским имеют", то в польском экземпляре эта фраза была изложена чуть-чуть по другому:"Которого у себя теперь государём московским именуют".

Мир, точнее перемирие было подписано только в феврале 1619 года в польском варианте. Перемирие было заключено на срок 14-ть с половиной лет. При этом ситуация с королевичем Владиславом и его титулом Великого князя Московского осталась без изменений. Отношения между Москвой и Польшей оставались очень напряжёнными. И напряжение усиливалось, чем ближе становилась дата окончания Деулинского перемирия. У Москвы было большое желание вернуть потерянные земли, поляки, в свою очередь, не оставляли цели присоединения Московского царства к Речи Посполитой.

И в этом противостоянии далеко не последнюю роль играли вопросы различия вероисповеданий: католического и православного. У польской стороны был готов рецепт: церковная уния, осуществлённая на практике в Речи Посполитой. Руководство этим процессом всецело находилось в руках братьев-иезуитов, которые в указанное время покрыли своей сетью всю Речь Посполитую. Даже в Киеве успешно действовал Коллегиум (училище) иезуитов и находился Для тех, кто не в курсе, скажу, что иезуи́ты или Общество Иисуса (лат. Societas Jesu) (официальное название), известное также как Орден св. Игнатия (по имени основателя) — мужской духовный орден Римско-католической церкви, основанный в 1534 году Игнатием Лойолой и утверждённый Павлом III в 1540 году. Для большей успешности их деятельности орден разрешает многим иезуитам вести светский образ жизни, сохраняя в тайне свою принадлежность к ордену. Иезуиты принадлежат к числу регулярных клириков, члены которого занимаются пастырской деятельностью, а также образованием и делами милосердия. Регулярные клирики не находятся в строгом затворе, и более ориентированы на общественную деятельность, чем на углублённую духовную работу над собой в монастырях. Они освобождены от общинного чтения Литургии часов, обязательного для монахов созерцательных орденов.

Давайте вспомним, что уже при основании Киевской коллегии Могиле было брошено обвинение в шаткости веры, в приверженности к Унии:"На што латинское и польское училище заводите...". Как же дело обстояло на самом деле? Ещё в начале 20-х годов XVII века начинаются поиски объединения униатов с православными. Инициатива принадлежала митрополиту Иосифу Рутскому.Для справки скажу, что Иосиф Рутский (в миру — Иван Феликсович Вельяминов; 1574 — 1637) — третий униатский Митрополит Киевский, Галицкий и всея Руси. Один из самых успешных идеологов унии церквей в Речи Посполитой, который в 1621 году предложил созыв совместного собора православных и униатов для обсуждения спорных вопросов. Его поддержал Сигизмунд III, отец королевича Владислава.

Идея "новой унии" привлекала и некоторых православных: дескать, путем взаимных уступок можно добиться замирения, вплоть до признания почетного главенства папы, "с тем только условием, чтобы оно не вовлекло за собою в Православное исповедание латинских особенностей". В 1623 году польскими властями были предприняты первые практические шаги. Главным деятелем "новой унии" выступает Мелетий Смотрицкий, который уже перешел в Унию. Дружа с Петром Могилой, он, как утверждают историки, старался расположить его к этой идее. Могила, по словам Смотрицкого, оказался человеком очень рассудительным и посмотрел на разности между церквами весьма снисходительно. В начале февраля 1628 года архимандрит Петр Могила заезжал к Мелетию и пробыл у него два дня. На обратном пути из Перемышльского повета Могила опять навестил друга, когда договорились о собрании южно¬русских иерархов в Гродеке. На Гродекском Соборе 1628 года Иов Борецкий и архимандрит Петр Могила "не чужды были мысли о сближении с латино-униатами и допускали почетное признание папского главенства".

Ревнители Унии не теряли надежды достигнуть желаемой цели. В ответ на жалобы православных король Сигизмунд предложил созвать съезд униатов и православных во Львове. Православные предварительно собрались в июне 1629 года в Киеве. Казаки и обыватели Киевского воеводства объявили протест. Митрополит Иов Борецкий все же осмелился созвать Собор в Киево-Печерском монастыре. Казаки сорвали первое заседание, требуя прекратить всякие собрания на предмет переговоров об Унии. На следующий день Собор вновь открылся "с дозволения архимандрита Петра Могилы". Опять явились казаки и потребовали разойтись, угрожая насилием. По сообщению королевского посла Адама Киселя, митрополит и архимандрит плакали, митрополит даже заночевал в Лавре, боясь расправы казаков. Собор был сорван, а иерархи извинялись перед королем. Киевские митрополит Иов и архимандрит Петр были заподозрены в шаткости религиозных убеждений.

Историк Е.Ф. Шмурло на основе Ватиканских архивов подтвердил эти подозрения:"Переговоры продолжались и после вступления Петра Могилы в 1633 году на митрополичью кафедру. В ходе этих контактов дело дошло до обмена посланиями между Петром Могилой и Римской Курией и встреч преемника Петра Могилы Сильвестра Коссова с папскими представителями в Польше".

В апреле 1632 года скончался польский король Сигизмунд. В Речи Посполитой взялись за избрание нового короля, выбрав в итоге Великого князя Московского Владислава. Итак, на польском престоле оказался человек, имеющий юридически неоспоримые права и на московский престол. Сложились самые благоприятные обстоятельства для реализации давней мечты польской шляхты об объединении Польши и Москвы. Нужно было только снять одно из существенных противоречий - вероисповедное. Нужно было показать русским, что уния Речи Посполитой и Москвы совсем не несёт какой-либо опасности православной Москве.

Надеюсь, теперь понятно, почему вдруг Владислав и паны Рада дали такие немыслимые ранее в Речи Посполитой права православной церкви, практически одновременно, не откладывая дела в долгий ящик, назначив на должность её главы Петра Могилу при действующем митрополите Исаие. Вот, по-моему, и определились окончательно выгодоприобретатели тайной миссии Петра Могилы. Сам Пётр, который в случае успеха своей миссии мог стать Патриархом всея Руси, польская шляхта, получавшая новые земли на востоке, король Владислав, становящийся одновременно русским царём и главой огромного государства от, чуть не сказал, от Лиссабона до Владивостока, но мысль правильная - от германских земель до Охотского моря, и, наконец, на вершине торжествующей пирамиды победителей - католический Рим.

Операция задумывалась и осуществлялась не шуточная и с очень далеко идущими последствиями, если помнить, что в её основу помещался Киев, как матерь городов русских, и Киево-Печерская лавра, как священный Иерусалим русской православной церкви. На этом фоне нынешние политтехнологи цветных революций смотрятся школярами-недорослями рядом с маститыми профессорами.

Кстати, Москва опередила Речь Посполитую, воспользовавшись сменой польских королей и осадив в 1632 году Смоленск. Но осада была не успешной. В августе 1633 года к Смоленску подошёл с войском Владислав и осаждавшие превратились в осаждённых. В октябре в Москве умер патриарх Филарет и, как пишут историки, с кончиною Филарета подняли голову бояре, которые до того времени боялись строгого патриарха. Спасли Москву от поляков, похоже шведы и турки. Именно в этот момент шведы изготовились устремиться в Пруссию, принадлежащую Речи Посполитой, а турецкий паша объявился с войском у её южных границ.

В 1635 году был заключён очередной договор между Речью Посполитой и Москвой на этот раз о "вечном мире". В ходе переговоров поляки тщетно добивались от Москвы самого тесного союза, предлагали проект, чтобы по смерти короля избрание совершалось вместе с чинами московского государства, а потом король избирал московского царя и т.д. Самый существенный успех русской стороны заключался в том, что она за 20 000 рублей выкупила у Владислава отказ от его права на московское царство. И именно с этого времени сразу заметно снизилась кипучая активность митрополита Петра Могилы по восстановлению древних киевских святынь, переместившись более в богословскую область.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 14 comments